Смерть молчит [Смерть молчит. Другая жена. Коммерческий рейс в Каракас] - Мишель Лебрюн

Допив, Джеф поставил бокал на стол. Плотный костюм тяжело лежал на плечах. Шум в помещении — гул голосов, звон посуды — давил на уши. Лицо горело. Он вдохнул поглубже, но, взглянув на девушку, обнаружил, что та расплывается и мерцает, как в неисправном телевизоре. Лишь глаза ее оставались настороже. Она заметила:

— Здесь душно, не правда ли? Или мне только кажется?

— Нет, в самом деле душно, — ответил он, спрашивая себя, как это может быть при работающем кондиционере. — Очень душно!

— Тогда пойдемте отсюда, на свежий воздух.

Она отодвинула стул. Джеф взялся за сумки и едва не рухнул, но сумел выпрямиться, сделав несколько шагов, прежде чем восстановил равновесие.

«Забавно, — подумал он, — не могло же меня так развезти с двойного виски!»

— Извините, пожалуйста, — услышал он свой собственный голос. — Сейчас все пройдет.

Кое-как ему удалось миновать стеклянные двери в зал ожидания аэропорта. Пол качался под его ногами, он почувствовал чью-то руку на своем плече.

— Позвольте пройти! — услышал он и заметил, что загораживает проход. Когда они остановились, ему почему-то показалось, что стоят они на пыльной автостоянке.

По горячему асфальту завизжали шины, захлопнулась крышка багажника, скрипнули тормоза. Сзади донеслись голоса, но слов он разобрать не мог. Его охватило непреодолимое желание на минутку присесть отдохнуть, и вдруг он почувствовал, как удерживают его чьи-то сильные руки. Совсем близко над ухом он услышал мужские голоса — и потерял сознание. Даже закрыв глаза, Джеф услышал еще, как кто-то советует ему не двигаться, сесть и расслабиться. И последнее, что осталось в памяти, — где-то вдали захлопнулась дверь автомобиля.

2

На следующее утро Джеф проснулся довольно рано, увидев в окно, что день едва начался. Понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя. Он лежал в постели, вероятно, в гостиничном номере, и был прикрыт одеялом. Тяжелая голова и ужасный вкус во рту заставляли думать о похмелье, только Джеф не мог вспомнить, с чего бы. Он знал, что должен быть в Каракасе, но ни о полете, ни о приезде в отель никаких воспоминаний не осталось. Он поднял голову и огляделся. На стуле перед письменным столом висела его одежда, рядом стояла синяя дорожная сумка. Сам он был в нижней рубашке и кальсонах. Плащ его лежал на другом стуле, но обоих чемоданов, которые он сдал в багаж в Бостоне, видно не было.

Внезапно его пронзила тревожная мысль, Джеф вскочил с кровати и подбежал к окну.

По светлеющему небу он понял, что восходит солнце. Уже были видны силуэты роскошных отелей на горизонте; противоположный берег залива, от которого шли мостики к нескольким искусственным островам, окаймлен был пальмами. Тут до него дошло, что улица под окнами — это Бейшор Драйв, а смотрит он на Ки Бискейн и Майами Бич. Вот теперь он вспомнил приступ в аэропорту. Взглянул на часы. Двадцать минут седьмого. В растерянности вернувшись к кровати, снял телефонную трубку.

— Портье, — бросил он телефонистке. — Алло? Говорит Лейн, номер… — он взглянул на табличку на аппарате. — Номер 1604. Вы дежурили, когда я прибыл вчера вечером?

— Минутку, пожалуйста.

Пауза, потом другой голос:

— Алло, мистер Лейн, вчера вечером на приеме был я.

— Когда я прибыл?

— Около половины девятого. Я могу сказать точнее, если вы…

— Нет, не нужно, — прервал Лейн. — Я зарегистрировался?

— Что?

— Я сам заполнял формуляр? Я прибыл один?

— О, нет. Вас привели двое ваших друзей, мистер Лейн. Вы были… Я полагаю, вы были не в состоянии зарегистрироваться без посторонней помощи. Вы едва могли стоять на ногах. Ваш друг сказал, что вы праздновали, и… ну, я и поверил ему.

— И один из них оформил регистрацию за меня?

— Да, и заплатил за номер вперед.

— Они провели меня в номер?

— Да, кто-то должен был вам все-таки помочь… Когда они снова спустились, то сказали, чтобы вас не беспокоили и что вам к утру наверняка станет лучше. Они очень беспокоились о вашем здоровье.

— Так-так, — не без горечи протянул Джеф и положил трубку. Сев на край постели, мрачно глядя перед собой, он стал размышлять о причине своей досады — о Карен Холмс. Вспомнил ее милый облик, нежные руки, темно-синие глаза, смотревшие на него так приветливо и доверчиво. Теперь каждая деталь вставала в памяти: отказ выпить в самолете, предложение заказать двойную порцию виски, чтобы снотворное, которое она всыпала, не так чувствовалось, и, наконец, уловка с сигаретным автоматом… Здесь, в Майами, она только помогала — Джеф вспомнил двух мужчин, которых он видел рядом с темно-красной фетровой шляпкой, — но до этого всю нужную работу проделала сама.

Теперь он знал, что никакой случайности тут не было.

Джеф оглядел свою одежду. Бумажник — на месте, деньги не тронуты. Свидетельство о рождении, три копии его туристской карты, все документы, включая фото Джефа для паспорта, — ничего не пропало. И телеграмма, которая побудила его лететь.

Телеграмма была отправлена из Каракаса человеком по имени Гарри Бейкер. Мистер Бейкер был частным детективом и два месяца работал для «Лейн мэнифэкчуринг компани», разыскивая сводного брата Джефа, четыре года назад пропавшего из поля зрения семьи. Джеф развернул телеграмму и перечитал ее еще раз.

«Ваш сводный брат живет в Каракасе. В телефонной книге значится как Грейсон. Фамилия отца. Объяснил ситуацию и предложил вернуться в Бостон. Но Грейсон медлит с ответом. Предлагаю вам срочно прибыть для личной встречи. Считаю мою миссию законченной этим сообщением, гонорар за вами. У меня еще небольшое дело в Каракасе, придется задержаться, можем встретиться в „Тукане“, где для вас забронирован номер. Сообщите дату вашего прибытия. Бейкер».

Хотя телеграмма была отправлена в прошлую пятницу, пришла она только утром в субботу. Срочно созванное совещание руководства фирмы приняло предложение Бейкера. Но вот оформление туристской карты заняло весь понедельник, и когда наконец все бумаги были в порядке, отменили рейс из Нью-Йорка в Каракас. Джеф не хотел ждать следующего прямого рейса в среду и решил лететь с пересадкой.

Он положил телеграмму в нагрудный карман. Теперь было абсолютно ясно, что Карен Холмс получила задание задержать его прибытие в Каракас, чтобы первой переговорить с его сводным братом. Значит, она наверняка работала на «Тейлор Техас корпорейшен», и сторонники Лейна могут очень скоро потерять контроль над фирмой, если Арнольд Грейсон как владелец пакета акций решит голосовать за компанию Тейлора.

Но откуда Карен Холмс могла знать о телеграмме? Как она могла узнать, каким рейсом он летит в Южную Америку? Кто те двое мужчин, что «помогли» ему в аэропорту Майами? Как все это возможно?

Джеф решительно прервал размышления, которые были пустой потерей времени, ничего не меняли в его положении и не уменьшали его гнева. Терять время было нельзя, и он взялся за телефонную книгу. Найдя номер авиакомпании, попросил соединить с диспетчерской и объяснил ситуацию, сообщив, что накануне с ним в аэропорту случился приступ и он опоздал на рейс в Каракас.

— Что с моим багажом, который я сдавал в Бостоне? — спросил Джеф. — И когда я смогу улететь?

Служащий авиакомпании дослушал Джефа до конца, прежде чем ответить.

— Я обо всем позабочусь, мистер Лейн, — заверил он. — По какому номеру мне перезвонить вам минут через пять?

Назвав номер, Джеф положил трубку. Подойдя к дорожной сумке, проверил ее содержимое. Все было на месте, ничего не пропало. Он достал несессер и чистую рубашку и отправился в ванную. Уже успел привести себя в порядок, когда раздался телефонный звонок.

— Я все выяснил, мистер Лейн, — сообщил служащий авиакомпании. — Можете не беспокоиться насчет своего багажа. Он будет ждать вас в Майкетии, аэропорту Каракаса.

— Хорошо, — сказал Джеф, — а когда я смогу вылететь?

— Сегодня утром у нас есть рейсы в семь сорок и в одиннадцать тридцать.

Джеф поинтересовался, какой из них удобнее, и ему посоветовали более поздний, с посадками только в Порто-Пренсе, Сьюдад-Трухильо и Кюрасао, в то время как первый проходил через Камагуэй, Кингстон, Барранкилью и Маракайбо.

— Меня не интересует география Центральной Америки, — сказал Джеф и спросил, есть ли еще места на одиннадцатичасовой самолет.

— Да, сэр, — последовал вежливый ответ. — Будьте, пожалуйста, в 10.45 в аэропорту или в 10.15 в нашем городском бюро.

Едва разъединившись, Джеф тут же попросил телефонистку прислать официанта. Ему он заказал томатный сок, тосты и двойную порцию кофе. В ожидании завтрака успел побриться и принять душ. Хотя холодная вода до некоторой степени сняла усталость, она мало помогла против внутренней слабости. Получив чаевые, официант удалился, а Джеф осторожно отхлебнул кофе, чтобы посмотреть, как отреагирует его желудок. Когда ничего не случилось, попробовал сок и нашел тот вполне приличным. Теперь решился приступить к тостам. Аппетита не было, но что-то нужно съесть… Когда после второй чашки кофе пришло желание закурить, Джеф понял, что все в порядке.